Лизингополучатель обратился в третейский суд с иском к лизингодателю о признании незаключенным договора финансовой аренды, поскольку в договоре не указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче лизингополучателю в качестве предмета лизинга.

Третейский суд в удовлетворении исковых требований отказал с учетом следующего.

В силу ч. 1 ст. 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей.

Согласно п.3 ст. 15 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» в договоре лизинга должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче лизингополучателю в качестве предмета лизинга. При отсутствии этих данных в договоре лизинга условие о предмете, подлежащем передаче в лизинг, считается не согласованным сторонами, а договор лизинга не считается заключенным.

Спорный договор финансовой аренды не содержит идентифицирующие признаки имущества, подлежащего передаче в качестве предмета лизинга.

Предусмотренное данным договором дополнительное соглашение, содержащее перечень оборудования, сторонами не подписано.

Вместе с тем по условиям договора лизинга имущество (предмет лизинга), приобретаемое лизингодателем, указывает лизингополучатель; предмет лизинга передается лизингополучателю продавцом; приемка оформляется актом приема-передачи, подписанным уполномоченными представителями продавца, лизингодателя и лизингополучателя.

Лизингодателем, продавцом и лизингополучателем заключен договор купли-продажи оборудования, в соответствии с которым лизингополучатель принял на себя обязательства, связанные с приемкой оборудования по качеству и комплектации.

В приложении к договору купли-продажи согласовано наименование, поштучное количество единиц оборудования, его характеристика, список технической документации, подлежащей передаче по данному договору.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о наличии какой-либо неопределенности относительно предмета договора лизинга, о несогласии истца признавать предметом лизинга оборудование, указанное в приложениях к договору купли-продажи.

Лизингодателем и лизингополучателем после подписания указанного договора купли-продажи принимались меры для исполнения своих обязательств (лизингополучателем вносились лизинговые платежи, лизингодателем уплачена продавцу стоимость оборудования).

При указанных обстоятельствах третейский суд пришел к выводу, что отсутствие подписанного сторонами дополнительного соглашения, содержащего перечень оборудования, не свидетельствует о незаключенности договора лизинга.

Лизингодатель обратился в третейский суд с иском к лизингополучателю о расторжении договора лизинга в связи с существенным нарушением ответчиком условий договора

Решением третейского суда в удовлетворении исковых требований отказано на основании следующего.

Основанием для обращения с иском в суд послужило существенное нарушение лизингополучателем договора лизинга, выразившееся в неисполнении обязательства по внесению лизинговых платежей. По пояснениям истца, указанное нарушение устранено ответчиком в полном объеме только после обращения с иском в третейский суд.

Согласно ст. 450 ГК РФ изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом, другими законами или договором. По требованию одной из сторон договор может быть изменен или расторгнут по решению суда только: при существенном нарушении договора другой стороной; в иных случаях, предусмотренных Гражданским кодексом, другими законами или договором. Существенным признается нарушение договора одной из сторон, которое влечет для другой стороны такой ущерб, что она в значительной степени лишается того, на что была вправе рассчитывать при заключении договора.

В соответствии с п. 3 ст. 619 ГК РФ по требованию арендодателя договор аренды может быть досрочно расторгнут судом в случаях, когда арендатор более двух раз подряд по истечении установленного договором срока платежа не вносит арендную плату.

В силу ст. 625 ГК РФ к отдельным видам договора аренды и договорам аренды отдельных видов имущества (прокат, аренда транспортных средств, аренда зданий и сооружений, аренда предприятий, финансовая аренда) положения, предусмотренные параграфом 1 главы 34, применяются, если иное не установлено правилами Гражданского кодекса об этих договорах.

Положениями ст. 619 ГК РФ предусмотрено, что арендодатель вправе требовать досрочного расторжения договора только после направления арендатору письменного предупреждения о необходимости исполнения им обязательства в разумный срок.

Поскольку нарушения, послужившие основанием для обращения в суд с иском о расторжении договора лизинга, на момент рассмотрения спора устранены ответчиком, третейский суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Лизингополучатель обратился в третейский суд с иском к лизингодателю об обязании передать в собственность истца предмет лизинга в соответствии с предусмотренным договором финансовой аренды условием о выкупе.

Ответчик, возражая против заявленных требований, сослался на то, что обязательство по уплате лизинговых платежей не исполнено в полном объеме, сумма вознаграждения лизингодателю уплачена истцом в меньшем размере, чем согласовано в договоре, в связи с начислением НДС по иной ставке - 18%, действующей в период пользования предметом лизинга.

Решением третейского суда в удовлетворении исковых требований отказано.

Суд пришел к выводу о неправомерности уменьшения истцом в одностороннем порядке размера лизинговых платежей в связи со снижением ставки НДС, и как следствие, ненадлежащем исполнении лизингополучателем обязанности по договору лизинга.

В соответствии с заключенным между сторонами договором финансовой аренды, предусматривающим условие о выкупе предмета лизинга, размер ежемесячных платежей, подлежащих уплате в течение всего срока лизинга, согласован в твердой сумме, включая НДС по ставке 20%.

В период действия договора на основании п. 11 ст. 1 Федерального закона от 7 июля 2003 г. № 117-ФЗ "О внесении изменений и дополнений в часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации и некоторые другие законодательные акты Российской Федерации, а также о признании утратившими силу некоторых законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации" размер ставки НДС снижен с 20% до 18%.

Судом установлено, что истец фактически осуществил лизинговые платежи в сумме меньшей на 2%, чем предусмотрено графиком расчетов, применив при расчетах по договору в соответствующий период ставку НДС 18%.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 28 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» под лизинговыми платежами понимается общая сумма платежей по договору лизинга за весь срок действия договора, в которую входит возмещение затрат лизингодателя, связанных с приобретением и передачей предмета лизинга лизингополучателю, возмещение затрат, связанных с оказанием других предусмотренных договором лизинга услуг, а также доход лизингодателя. В общую сумму договора лизинга может включаться выкупная цена предмета лизинга, если договором лизинга предусмотрен переход права собственности на предмет лизинга к лизингополучателю. Размер, способ осуществления и периодичность лизинговых платежей определяются договором лизинга с учетом данного Федерального закона.

В силу п.1 ст.450 ГК РФ изменение договора возможно по соглашению сторон, если иное не предусмотрено Гражданским кодексом, другими законами или договором.

По условиям договора лизинга изменения или дополнения к договору являются его неотъемлемой частью и действительны, если они оформлены в письменном виде и подписаны сторонами.

Условие о возможности одностороннего изменения размера лизинговых платежей, в том числе в случае изменения размера ставки НДС, в договоре лизинга отсутствует.

Поскольку согласованная сторонами общая сумма лизинговых платежей в установленном законом порядке не изменялась, в соответствии со ст. 424 ГК РФ исполнение договора должно оплачиваться по цене, установленной соглашением сторон.

Лизингодатель обратился в третейский суд с иском к лизингополучателю о взыскании долга по лизинговым платежам по договору финансовой аренды и неустойки за просрочку платежа.

Третейский суд в удовлетворении исковых требований отказал по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 665 ГК РФ, ст. 2 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей.

Доказательств передачи ответчику в лизинг согласованного в договоре финансовой аренды имущества в материалах дела не имеется.

Третейским судом установлено, что лизингодатель на основании п. 2 ст. 475 ГК РФ отказался от исполнения заключенного договора купли-продажи имущества, являющегося предметом лизинга, в связи с существенным нарушением требований к качеству товара, с продавца в пользу лизингодателя взыскана сумма перечисленной предварительной оплаты.

Согласно п. 4 ст. 28 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» обязательства лизингополучателя по уплате лизинговых платежей наступают с момента начала использования лизингополучателем предмета лизинга, если иное не предусмотрено договором лизинга.

По условиям договора уплата лизинговых платежей должна производиться в соответствии с согласованным сторонами графиком.

Между тем определение в договоре порядка внесения лизинговых платежей согласно графику не означает, что стороны установили иной, чем предусмотрен указанной нормой, момент возникновения обязательства по уплате, не связанный с использованием лизингополучателем предмета лизинга.

Поскольку исполнение обязательства истца по предоставлению ответчику во временное владение и пользование предмета лизинга отсутствует, оснований для взыскания лизинговых платежей за данное имущество не имеется.

Учитывая, что требования о взыскании убытков по настоящему спору не заявлялись, положения п. 2 ст. 22 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)», в силу которых риск невыполнения продавцом обязанностей по договору купли-продажи предмета лизинга и связанные с этим убытки несет сторона договора лизинга, которая выбрала продавца, применению не подлежат.

Суд кассационной инстанции признал правомерными выводы суда апелляционной инстанции.

Лизингополучатель обратился в арбитражный суд с иском к лизингодателю о расторжении договора лизинга на основании п. 2 ст. 668 ГК РФ в связи с тем, что имущество, являющееся предметом финансовой аренды, не передано лизингодателю.

Решением третейского суда в удовлетворении исковых требований отказано на основании следующего.

Судом установлено, что оборудование, составляющее предмет лизинга, не передано в полном объеме лизингополучателю в срок, указанный в договоре лизинга, по причине его непоставки продавцом по договору купли-продажи. При этом выбор продавца по условиям договора лизинга осуществлялся лизингополучателем. Лизингодателем приняты все необходимые меры для надлежащего исполнения обязательства.

В соответствии с п. 2 ст. 668 ГК РФ в случае, когда имущество, являющееся предметом договора финансовой аренды, не передано арендатору в указанный в этом договоре срок, а если в договоре такой срок не указан, в разумный срок, арендатор вправе, если просрочка допущена по обстоятельствам, за которые отвечает арендодатель, потребовать расторжения договора и возмещения убытков.

Согласно данной норме расторгнуть договор лизинга и потребовать взыскания убытков лизингополучатель может только, если просрочка передачи товара арендатору допущена по обстоятельствам, за которые отвечает арендодатель.

В силу ст. 665 ГК РФ по договору финансовой аренды (договору лизинга) арендодатель обязуется приобрести в собственность указанное арендатором имущество у определенного им продавца и предоставить арендатору это имущество за плату во временное владение и пользование для предпринимательских целей. Арендодатель в этом случае не несет ответственности за выбор предмета аренды и продавца.

Положениями п.1 ст. 670 ГК РФ предусмотрено, что арендатор вправе предъявлять непосредственно продавцу имущества, являющегося предметом договора финансовой аренды, требования, вытекающие из договора купли-продажи, заключенного между продавцом и арендодателем, в частности в отношении качества и комплектности имущества, сроков его поставки и в других случаях ненадлежащего исполнения договора продавцом. При этом арендатор имеет права и несет обязанности, предусмотренные Гражданским кодексом для покупателя, кроме обязанности оплатить приобретенное имущество, как если бы он был стороной договора купли-продажи указанного имущества.

В соответствии с п. 2 ст. 670 ГК РФ арендодатель не отвечает перед арендатором за выполнение продавцом требований, вытекающих из договора купли-продажи, кроме случаев, когда ответственность за выбор продавца лежит на арендодателе.

Пункт 2 ст. 22 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» предусматривает, что риск невыполнения продавцом обязанностей по договору купли-продажи предмета лизинга и связанные с этим убытки несет сторона договора лизинга, которая выбрала продавца, если иное не предусмотрено договором лизинга.

Поскольку продавец был выбран непосредственно лизингополучателем, лизингодатель не несет ответственности за выбор продавца и не отвечает перед лизингополучателем за выполнение продавцом требований, вытекающих из договора купли-продажи.

В таком случае в силу ст. 670 ГК РФ истец вправе предъявить требования, вытекающие из договора купли-продажи, непосредственно продавцу предмета лизинга.

С учетом изложенного третейский суд пришел к выводу об отсутствии в данном случае законных оснований для прекращения договора лизинга по требованию лизингополучателя.

Лизингодатель обратился в третейский суд с иском к лизингополучателю о взыскании лизинговых платежей по договору финансовой аренды.

Лизингополучатель предъявил встречный иск к лизингодателю о расторжении договора финансовой аренды, ссылаясь на неисполнение ответчиком обязанности по передаче имущества в аренду. По утверждению лизингополучателя, передача и приемка имущества в порядке, предусмотренном условиями договора, не осуществлялась.

Третейский суд в удовлетворении первоначального иска отказал, встречный иск удовлетворил, принимая во внимание следующее.

По условиям договора лизинга продавец предмета лизинга определен лизингодателем.

В соответствии с договором поставки, заключенным между лизингодателем и продавцом, последний обязался осуществить в адрес покупателя или указанного им лица поставку и монтаж оборудования в согласованной комплектности. Местом поставки указано местонахождение лизингополучателя.

Договором лизинга предусмотрено, что передача имущества в лизинг оформляется актом приемки-передачи, который подтверждает комплектность поставки объекта лизинга и его соответствие технико-экономическим показателям. Акт приемки-передачи подписывается уполномоченными представителями лизингодателя и лизингополучателя. С момента подписания акта право владения и пользования объектом лизинга переходит к лизингополучателю.

Истцом не представлено доказательств передачи объекта аренды. В материалах дела отсутствует акт приемки-передачи объекта лизинга, составление и подписание которого предусмотрено договором лизинга.

Согласно ст. 668 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором финансовой аренды, имущество, являющееся предметом этого договора, передается продавцом непосредственно арендатору в месте нахождения последнего.

В случае, когда имущество, являющееся предметом договора финансовой аренды, не передано арендатору в указанный в этом договоре срок, а если в договоре такой срок не указан, в разумный срок, арендатор вправе, если просрочка допущена по обстоятельствам, за которые отвечает арендодатель, потребовать расторжения договора и возмещения убытков.

Поскольку продавец предмета лизинга определен лизингодателем, последний в силу ст. 665 ГК РФ несет ответственность за выбор продавца.

При таких обстоятельствах третейский суд сделал вывод о нарушении лизингодателем обязательства по передаче предмета лизинга и наличии у лизингополучателя права на расторжение договора в соответствии с п. 2 ст.668 ГК РФ.

Лизингополучатель обратился в третейский суд с иском к лизингодателю о расторжении договора лизинга и взыскании сумм неосновательного обогащения.

Во исполнение заключенного между сторонами договора финансовой аренды ответчик передал истцу во владение и пользование легковой автомобиль.

Основанием требования о расторжении договора послужила невозможность использования по назначению арендованного автомобиля, поврежденного в результате дорожно-транспортного происшествия.

Решением суда первой инстанции в удовлетворении иска в части требования о расторжении договора финансовой аренды отказано на основании следующего.

Из материалов дела следует, что вины лизингополучателя в дорожно-транспортном происшествии не установлено; автомобиль получил механические повреждения, исключающие возможность его дальнейшей эксплуатации; транспортное средство возвращено лизингодателю.

С учетом данных обстоятельств третейский суд пришел к выводу, что договорные отношения между истцом и ответчиком прекратились в момент причинения предмету лизинга повреждений, исключающих возможность его дальнейшей эксплуатации, по основанию, предусмотренному п.1 ст. 416 ГК РФ.

Согласно положениям указанной статьи обязательство прекращается невозможностью исполнения, если она вызвана обстоятельством, за которое ни одна из сторон не отвечает. Невозможность исполнения в данном случае связана с гибелью предмета лизинга, ответственность за которую ни одна из сторон не несет.

Поскольку законодательство не предусматривает возможности расторжения договора, действие которого прекращено, третейский суд в удовлетворении требования о расторжении договора лизинга отказал.

Лизингополучатель обратился в третейский суд с иском к лизингодателю о понуждении к заключению договора купли-продажи предмета лизинга в соответствии с условиями договора лизинга, ссылаясь на то, что лизинговые платежи внесены им в полном объеме, однако ответчик уклоняется от заключения договора купли-продажи арендованного имущества.

Третейский суд апелляционной исковые требования удовлетворил, указав следующее.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена Гражданским кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Содержание заключенного договора при возникновении разногласий сторон определяется путем толкования его условий.

В силу ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если названные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора, при этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи делового оборота, последующее поведение сторон.

Договор лизинга заключен с условием приобретения в собственность (выкупа) предмета лизинга лизингополучателем по окончании или до окончания срока финансовой аренды.

Согласно договору передача предмета лизинга в собственность лизингополучателю совершается на условиях и в порядке, определяемом заключаемым сторонами дополнительным договором купли-продажи; цена предмета лизинга определяется как сумма невыплаченных лизинговых платежей, платежей по возмещению страховых взносов, затрат связанных с передачей предмета лизинга, пени.

Анализ содержания договора лизинга, а также последующего поведения ответчика, предложившего истцу представить документы, необходимые для оформления и передачи в собственность техники, переданной в лизинг, позволяет сделать вывод о том, что при заключении договора стороны предусмотрели право лизингополучателя приобрести предмет лизинга в собственность по договору купли-продажи после уплаты лизинговых платежей, включающих в себя выкупной платеж. Указанному праву истца на приобретение предмета (объекта) лизинга по условиям договора лизинга корреспондирует обязанность ответчика заключить договор купли-продажи предмета лизинга. Кроме того, как установлено судом, ответчик выразил намерение исполнить свое обязательство.

В силу п. 5 ст. 15 Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» по окончании срока действия договора лизинга лизингополучатель обязан возвратить предмет лизинга, если иное не предусмотрено указанным договором лизинга, или приобрести предмет лизинга в собственность на основании договора купли-продажи.

Поскольку из материалов дела следует, что воля сторон, выраженная в договоре лизинга, была направлена на заключение договора купли-продажи предмета лизинга, третейский суд пришел к выводу об обоснованности требования истца о понуждении ответчика к заключению указанного договора купли-продажи.